Дому Меховых лучше переехать.

Автор статьи продолжает делиться своими соображениями о памятнике старинной архитектуры – доме Меховых, о его месте в современном Угличе.

О, оппоненты!

Это мы так приветствуем всех несогласных с нашей точкой зрения. А их, конечно, не мало, и многих из них мы даже знаем поимённо. И знаем их контр- аргументы. Назовём самые «убойные».

1. Памятник архитектуры всего родней ценится на родном месте. (Это ещё академик Д.С. Лихачёв утверждал!)

Отвечаем: Да! Но родней он ценится и воспринимается только в том случае, когда жива окружающая его «родина». Будем честны, ведь, например, дом Ошевнева или часовню из Подъельников и в Кижи перенесли отнюдь не безграмотные люди, совсем не читавшие академика Лихачёва. Перенесли их не от хорошей жизни. А во имя их сохранения, потому что на их «родине» эти объекты сохранять было уже некому и нечем.

А кто сейчас охраняет и разумно использует дом Меховых? И цела ли его родная среда? Где эта «родина» на задворках пятиэтажек?

2. Такие постройки, как дом Меховых и дом Казимировых, являются реперами (знаками, исходными точками), сохраняющими для нас очертания древних улиц.

Отвечаем: Так что важней - теоретическое знание немногих учёных мужей или активное использование объекта для огромного числа гостей города и для сохранения этого самого объекта? Первое не гарантирует спасения и сохранности, а второе гарантирует. Ещё аргументы нужны?

3. Эти древние здания, находясь на своих исконных местах, сохраняют последние фрагменты исторической среды города.

Отвечаем: А забор из металлопрофиля, сейчас окружающий островок земли с домом, тоже что-то сохраняет от той среды? Он ничего неприятно нового не вносит? Ничего не портит? Но здесь нашим авторитетным союзником оказывается уже сама «Угличская газета». Она заявляет: «Заборы из металлопрофиля тоже портят красивый вид города исторического города». Да, исторический объект, попавший в визуально инородную среду, теряет возможность полноценно говорить о себе. Он умолкает и скукоживается среди гаражей, пятиэтажек и царства металлопрофиля. Ведь нужно же понимать, что градоведение решительно заявляет об уместности этого материала лишь в промзонах. И более в историческом городе-нигде.

Или мы чего-то не понимаем, и территория дома Меховых как раз и является именно промзоной?

Все люди, работающие в большом туризме, знают, что сегодня среди посетителей исторических городов Человек Смотрящий решительно преобладает над Человеком Читающим. Так давайте дадим ему возможность посмотреть не на металлопрофиль, а на дом – уникум, оглядев его и снаружи, и изнутри!

4. Перенос исторического объекта- очень дорогое занятие. Стоит ли за него браться? Отвечаем: Дело действительно весьма и весьма недешёвое. Но на него идут везде, где всерьёз озабочены спасением памятника. Припомним: бревенчатый собор из Зашиверска перевозили в сибирский академгородок на громадные расстояния…вертолётами! Почему? Да потому что решили не ограничиваться сожалительными речами, а всерьёз взялись за спасение уникального памятника. И после нелёгких хлопот и средства отыскали, и собор спасли.

Нам возразят, что средства, затрачиваемые академгородком, не чета бюджету Углича. А кто говорит, что речь идёт о районном бюджете, который и без того должен возвращать многие и многие миллионы?

Разве историческая реконструкция главной площади Углича и воссоздание фактически с нуля Успенского храма будет финансироваться только из районного бюджета? А полное воссоздание прекрасного храма стоит отнюдь не дешевле переноса старинного бревенчатого жилого дома. И, может быть, стоит решиться на большой поступок и включить перенос объекта в программу реконструкции площади?

5. И, кажется, последний из возможных вопросов наших оппонентов. Так что же, историческое ядро города будет частично формироваться заново? Отвечаем: Да. В немалой мере это будет именно так. И недалёком будущем к этому придётся прийти во многих местах России. Мышкинский теоретик, общественный директор Народного музея О.Б.Карсаков мыслит об этом так: при стремительном оскудении ценных исторических объектов в русских провинциальных городах государству в дальнейшем придётся эти города (особенно туристические) создавать почти заново. Это давно уже делается с историческими дворянскими усадьбами, которые строяться именно заново. И, может быть, Угличу и посильно в этом вопросе явить России сильный и верный пример?

И в завершение наших мыслей позволим себе некоторое повторение на подходе к общему выводу. Вот оно каково.

Наше историко-культурное наследие включает в себя весьма разные памятники. Разные они и по своей ценности, и по материалам, из которых они исполнены. Каменные дома с места сдвинуть трудно, и за них приходится сражаться на местах их бытия. Но не смотря на все старания градолюбов, они умирают на этих местах, как солдаты, не дождавшиеся никакой и ничьей помощи. (Именно так в Угличе умер Григорьевский дворец..) А деревянные постройки можно и нужно спасать, перемещая в безопасные зоны для активного использования.

А вот и вывод. Так что выбираем – полезное и эффективное использование или бесконечное заколачивание взломанных дверей и окон? Вдохнём в уникальный объект жизнь или оставим мёртвым призраком на задворках нынешнего быта?

Владимир Гречухин,

г.Мышкин.

2018г.


О редкостном - деревьях-долгожителях.

Углическо-Мышкинское левобережье Волги было издревле краем высокой селскохозяйственной освоенности территорий. Редкостные и весьма возрастные деревья здесь в основном сосредотачивались в дворянских усадебных парках.

Феномен дерева уже сам по себе прекрасен. Когда-то очень проникновенно выразил это Ф.М.Достоевский. Он писал, что, видя растущее дерево, невозможно не чувствовать себя счастливо восхищённым этим природным дивом. И хотя Россия во многом является страной лесов, где деревья живут в великом множестве, всё равно нельзя не удивляться этому прекрасному воплощению творческой мощи природы.

Ещё более впечатляют деревья редкие, благородные и многолетние. Но именно их жизнь всегда более оказывается под угрозой. Таковые деревья чаще всего жили или в заповедных борах, или в помещичьих парках. И там они существовали долгие сотни лет, удивляя и восхищая многие поколения земляков. Но даже и в таких охраняемых местах деревья-уникумы далеко не всегда оказывались защищены от людской глупости и жадности.

Угличско- Мышкинское левобережье Волги было издревле краем высокой сельскохозяйственной освоенности территории. И оно же было краем многочисленных помещичьих усадеб. Из этого следовало, что редскостные деревья здесь в основном сосредоточились в дворянских усадебных парках.

А лесов на этой территории оставалось очень мало. И Мышкинский уезд, созданный здесь в XVIII веке, изначально и до XX столетия являлся самым безлесным во всей губернии.

Но если естественных лесных массивов здесь было совсем мало, то парковых площадей было достаточно много. Собственно, каждая дворянская усадьба (немалая часть которых позднее перешла к третьему сословию) обладала или порядочным или хотя бы малым парком. И благородные деревья - долгожители в них пребывали под надёжной охраной. А в немногочисленных лесах тоже сохранялся порядок. И помещики, и государство, и крестьяне общины следили за этим. Делянки для порубок выделялись со вниманием к сохранности леса. А после порубки в лесу следовало прибраться «под грабли», то есть убрать все отходы, вплоть до мелких сучочков.

В Угличском филиале Государственного архива Ярославской области можно встретить немало документов, говорящих о серьёзном ведении лесного хозяйства в имперское время. Попытки хищений случались и тогда, но с ними боролись всерьёз и строго пресекали. Например, подгородние боры возле Мышкина имели весьма серьёзную охрану, которую содержал город. И городская Дума поручила одному из своих гласных (депутатов) прямую ответственность за состояние боров. И документы, хранящиеся в угличском архиве, сохраняли ряд упоминаний о том, что людей наказывали даже за самовольный сбор хвороста и валежника.

Город Мышкин так строго охранял свои заповедные боры, что все дрова для учреждений и населения закупали …в Мологском уезде! И плотами, и барками доставляли в Мышкин против бурного тогда волжского течения.Многочисленные предложения продать боровые участки на снос, как правило, отвергались! С возмущением! И этот лес сохранил вековые сосны, помнящие ещё суворовские времена. Город считал его своим очень дорогим достоянием.

Не менее любовно сохраняли свои парки помещики- дворяне. И ко времени революции в центральной и южной частях уезда (кроме Прилукской и Платуновской волостей, не имевших помещичьей земли)сохранялось более двух десятков больших парков и невеликих, но ухоженных «барских садов».

Парки были весьма разнообразными. Так, в усадьбах реки Корожечны имелось несколько парков, в которых липовые насаждения преобладали. В ниловском Муранове парк был по преимуществу почему-то еловым. В апраксинской Мурановке парк имел большое преобладание дуба. В Нечаевской и Никольском (на Сутке) выделялись старые насаждения кедров, а в скрипицынском Богородском- аллеи серебристых тополей. Подобных примеров можно привести больше, но суть остаётся одна- в названных местностях парками исстари дорожили.

Заозерские краеведы задают вопрос: можно ли найденные ими гигантские вязы полагать потомками древних деревьев, когда-то царивших здесь ещё в средневековые времена? Очевидно можно. Естественное самосеяние всегда происходило. И, например, многочисленные самосевные места произрастания дуба известны и в ныне угличском Потапове, и в ныне мышкинской Мурановке. Этот «молодняк» никто не сажал. Этот «посев» заполонили сами здешние дубы старики. Так что деревья- долгожители способны вести своё воспроизводство, вести свою собственную летопись тихо текущих времён. Но эти возможности нынче сохраняются либо в местах совсем обезлюдевших, либо в особо дальней потаённости. Во всех остальных случаях дервьям- долгожителям было отказано и в свободной жизни, и в продолжении своего рода уже в XIX столетии. Новые хозяева прежних дворянских усадеб, а особенно крестьяне, принялись вырубать старые парки. Так в усадьбе Нечаевской самым первым делом определили вырубку кедровой части парка, а потом снесли и липы, и вязы, и тополя…Прежний владелец усадьбы, дворянин Степанов, потрясённый этим варварством, пытался сохранить хоть что-то и, откапывая молодь редких деревьев, носил их к своему домику в городе. Пешком, за два десятка вёрст. Да разве такими горестными усилиями много спасёшь?

Но это было лишь началом. А тотальное уничтожение как ценных деревьев, так и всех парков грянуло в 1918 году. «Освобождённые» крестьяне взялись за это широко и массово. И беспощадно. В центральной и южной частях Мышкинского уезда (ныне это угличская территория) почему-то первыми снесли липовые парки. Документы местных и уездного Советов. Говорящие об этом, тягостно читать, их краткая скупая речь способна устрашать масштабами уничтожений.

С мест, из усадеб, отовсюду просили помощи и нередко просили оружие для сторожей, чтобы сохранить хоть что-то. Просили сторожам выдать хоть охотничьи ружья (повсеместно изъятые после первых возмущений пробами новой власти). А ещё неотступней просили выдать настоящее боевое оружие- револьверы. Так, для сторожей усадеб Воскресенской и Сменцевской волостей просили выдать по два револьвера на каждое место, заклиная, что без этого не возможно сохранить не только сами усадьбы, но и жизнь их охраны.

Что могло уцелеть при такой массовой разнузданности нравов? Относительно счастливым исключением явились лишь усадьбы Шишкино, Артемьево и Знаменское. Но даже их парки немало пострадали, и ко времени прекращения бесчинств дошли более фрагментарно, чем целостно. И сегодня благородные деревья- долгожители- это большая редкость. Чаще всего это, опять же, остатки барских насаждений. Например, это пихты одного из шереметьевских кордонов возле Улеймы в угличском правобережье или ещё более древние пихты в мышкинском Фоминском. А встретившиеся заозерцам стародавние вязы воспринимаются неким счастливым исключением.

Можно ли сегодня сохранять такие природные редкости для потомков? Теоретически - да! Хотя жуткая бумажная тягомотина с включением в число официально признанных памятников природы- это очень долго преодолеваемое препятствие. Но разве не так всё происходит у нас в России в сфере охраны культуры и охраны природы? Другого пути просто нет.

краевед Владимир Александрович Гречухин

Мышкинский народный музей


Об основных стилях крестьянской домовой резьбы в коллекции наличников Мышкинского народного музея.

…Источников, подробно сообщающих о крестьянской домовой резьбе Ярославской области совсем немного, и человеку, заинтересовавшемуся этой темой, достаточно проблематично найти нужную информацию. Хотя наличники смотрят на нас до сих пор с каждого дома живых и мёртвых деревень, со многих городских домов, поражая своим разнообразием, богатством форм и цвета.

Кто были эти мастера, которые выплёскивали красоту крестьянской души на всеобщее обозрение, неся радость взору наблюдателя? Откуда брались эти чудесные формы и линии, превращающие пространство окон в сказочный пейзаж с множеством живых существ и диковинных цветов? Как возникали традиции обрамления окон? Эти вопросы пришли на ум и мне ещё в детстве, когда наш маленький город был на много богаче деревянными старыми домами, чем сейчас. И пока я взрослела, домов таких становилось всё меньше, но всё больше становилась коллекция наличников нашего музейного комплекса.

А пополнялась она за счёт тех наличников и образцов резьбы, у которых или, уж, совсем домов не стало, или дома осиротели и были обречены на гибель. Их привозили и приносили из Мышкина, из соседних деревень, из экспедиций в соседние районы.

Не дать погибнуть красоте и не дать уйти в забвение умениям мастеров – эту задачу мы преследуем и по сей день, привозя всё новых «сироток» в большую семью теперь уже музейных наличников.

В настоящее время в нашей коллекции насчитывается 120 наличников в экспозициях территории под открытым небом и около 20 ( в том числе и фрагментарных) в запасниках. И вот, производя очередную инвентаризацию фондов, мы обновили свои познания в этой области и провели некоторую систематизацию коллекции. С результатами которой кратко хотим вас сегодня познакомить.

Поскольку мои краеведческие познания в области домовой резьбы совсем невелики,

а интерес в процессе составления описи фондов всё нарастал, пришлось взяться за умные и интересные книги. Да, именно за книги. Потому, что всезнающий интернет знает далеко не всё. А первые научные познания в интересующей меня области, были опубликованы в конце 19 – начале 20 столетия на вечных бумажных носителях. И, к счастью, информация переходила из века в век, опять же оказываясь на страницах уже новых изданий.А те люди, которые взялись за перо в начале прошлого века, изучали и записывали живую историю. Она ещё не начала умирать в то время, и строители и резчики начала 20 века ещё жили и творили внутри бытовавших традиций, безотрывно от процесса передачи знаний и умений от отца к сыну.

И до того, как в мир пришёл могучий ум и стремление изучить ВСЁ прошлое родной земли В.А. Гречухина, были люди, работавшие очень глубоко в интересующей меня теме.

Так, очень хорошо и понятно здешнюю домовую резьбу описывала в своих трудах

Е. Э. Бломквист, выдающийся советский учёный-этнолог.

Именно она углядела и вытащила на научный уровень познания бытовавшие здесь стили резьбы наличников. И даже выделила два из них, как школы.

Один стиль резьбы придумали крестьяне-отходники (плотники) из Грязливецкой волости Мологского уезда. Поскольку многие из них были изс. Захарьина, то и их стиль резьбы стал так называться. Село Захарьино сейчас является островом в Рыбинском море.

В древности в Грязливецкой волости главным крестьянским промыслом была…кустарная металлургия (выплавка железа). Грязь в своей болотистой местности они старательно переливали и руду искали. Весьма успешно, её у них было много. Долгие века эти места были основным источником металла в России. Только в 19 веке на смену металлургии к ним пришло плотничество.

В основе их стиля добротная насыщенность всего наличника массивными накладными элементами. Массивное выпуклое очелье с несколькими рядами орнамента, в основе которого чередование сверлёных отверстий и прорезных зигзагов , в подзоринкенебогатая пропильная резьба, часто накладная на основу. В боковинах и по подолу их излюбленные объёмные накладные элементы «кубышки», «плашки», «плашки» с «ёлочкой», пирамидки, цилинрики и прочая «выпуклая геометрия».

Другой стиль, придумали, взрастили в своей богатой фантазии, плотники-отходники Сить -Покровской волости того же уезда.

О плотниках-сицкарях мы знаем довольно много. Знаем, что этот субэтнос издревле занимался всякими работами с лесом, начиная от судостроения. А затем всер.19 века плотничество вышло на первое место. Сицкари-отходники оставили богатое наследие,

которое на их родине доживает свои последние десятилетия. Но, до чего красив почерк этих строителей и резчиков, до чего он особенен. Ни с чьей другой работой не спутаешь этих добрых , играющих драконов и змей, эту витиеватость трав, эту теплоту и радостность красок. Во всех сицких домах читается радость жизни, весёлая динамика узоров, бесконечный поток игры воображения авторов. Такова сицкарская резьба в апогее своего развития. И на ранних стадиях, ещё глухих не пропильныхузоров сицкари всё равно выделяются. Так в их исполнении солярные символы в углах фризовой доски наличника превращены в изящные веера с приподнятыми краями, что делает весь фриз, зрительно легче.

К сожалению, нам уже ни когда не увидеть воочию, как выглядела здешняя домовая резьба 17 и 18 веков. Её просто нет. Самые ранние образцы коллекции нашего музея датируются началом 19 века. Все они поражают большим профессионализмом народных мастеров, чистотой и чёткостью исполнения каждого элемента, строгостью заданных той или иной школой форм. И в то же время умиляют подбором красок и сочетанием видов резьбы.

Вообще наличник начала 19 столетия, это уже прошедший долгий путь эволюции сложнейший элемент декора дома. Об этом пути хорошо сказано в книге ещё одной чудесной и умнейшей женщины, уже нашей современницы кандидата культурологии

А. Б. Пермиловской. А.Б. –крупный специалист по русскому деревянному зодчеству.

С большим интересом я изучала её книгу «Крестьянский дом в культуре Русского Севера». Конечно, русский север – это особая территория, сохранившая много характерных только ей черт и традиций. Но, и в наших средних широтах многое в строительстве и убранстве домов перекликается с Севером. Особенно в семантике узоров, образов, элементов мы видим много общего. Вообще, говоря языком учёных « орнаментация наличников представляет собой систему, репрезентирующую эстетические и мифоэпические представления, сложившиеся в традиционной культуре» и не только Русского Севера. «Декор наличников объясняется идеей охраны окон при помощи различных магических изображений».

Конечно, строители глубокого прошлого – это люди с правильным миропониманием, в отличие от нас. Это люди с правильным и очень точным пониманием всех функций своего дома. Это люди, которые ещё не знали слова «комфорт», но, они хорошо понимали, как сделать красоту и уют в своём доме. Поколение за поколением строителей, создавая это сложное сооружение , имя которому ДОМ, умело переплетали в процессе строительства и украшения практические навыки и символические значения всех составляющих своего творения. *Так , оставляя при строительстве свободное пространство между верхним брусом окна и следующим за ним бревном (так называемый осадочный паз), конечно, закрывали его от погодных неприятностей доской. И доску эту редко оставляли без каких либо украшений. Ведь она на лице дома находится, наверху очей его располагается. Эта доска и названа была «наличник». Она и становилась одной из самых красивых деталей дома. На неё и наносились всяческие обережные символы, те, что охраняли с такой тщательностью и любовью созданное жильё.

Древний наличник с расширением площади окна обрёл боковины и подоконную доску, куда, конечно выплеснулись все знания и умения резчиков. А в зависимости от того, какие инструменты были доступны мастерам в их период творения, зависел и тип резьбы.

И, конечно,- следование традиции, и, конечно,- приложение своей выдумки, индивидуальности имело место быть в эволюционном пути этого основного декоративного элемента дома.

Вот яркий пример выше сказанного -наличник из д. Пруды, что стояла в Архангельской волости нашего уезда. Чёткость и аккуратность очертаний верхнего карниза наличника поддерживают два кронштейна-коня, что является характерной чертой старого народного стиля и одновременно языческими символами. Его же (народный стиль) подчёркивают и два солярных знака, однако, имеющие совсем не солнечную окраску. Они сиреневые, что… совсем не портит общей гармонии в облике наличника. Интересно то, что в центре солярных знаков расположены кресты, что является неким христианским мотивом, умело вплетённым в общую композицию элементов.…А, вот, в трактовке символики крестов у академика Рыбакова мы читаем и то, что кресты с такими гнутыми концами являются и символом огня, его искр и бликов. Канеллированный пояс в навершии уже относит нас к классическим канонам в данном виде искусства. Такой же пояс и на подоконной доске. И в самом верху городковый ряд соединяет чёткую геометрию плеч наличника. Конечно, у него были и ставни, наверняка, с классическими филёнками. Да и сами пропорции форм и размеров несут в себе строгую геометрию и соразмерность. Вот сколько информации соединено в этом настоящем произведении народного мастера-большого профессионала, работавшего в канонах народной школы, но вносившего в своё произведение продуманную и наполненную значимостью импровизацию.

А вот ещё один наличникпервой половины 19 века. И мы здесь видим те же солнышки, тот же канеллированный пояс в навершии, городковый пояс, а по низу - ещё одна характерная черта народного стиля, так называемые «баранки».Крупные и хорошо очерченныеони заполняют собой всё пространство нижней части наличника, не требуя никаких дополнительных украшений. Ставеньки у него тожеутрачены.

Очень хорошо смотрятся те из наших древних наличников, что почти, что лишены какой-либо раскраски. Само дерево, спокойного серого оттенка в сочетании с самыми любимыми из крестьянских цветов ( с красным и синим ) подчёркивает древность происхождения вещи.

Ещё хорошо выдержанный в народном старом стиле наличник нач. 19 века из д. Голышкино Мышк.уезда , здесь между солярными знаками виден цветок одуванчика, который часто встречается в этом месте у старых мастеров. Такая малость, а как подкупает взгляд тонкостью исполнения. В навершии классические ромбы и триглифы. Эти символы пришли ещё из славянских времён, по мнению ряда исследователей, обозначая вспаханные поля. Весь наличник, лишенный какой-либо раскраски, своим естественным цветом очень напоминает хлебную корочку. Может быть,поэтому бараночную резьбу нижней части с интересом глодали голышкинские коровы.

Ну, а вот, пожалуй, лучше других сохранённый экземпляр нашей коллекции. Нач. 19 века, д. Горелово Мышкинского уезда. Здесь сохранено всё: и выдержанная соразмерная традиционно народная композиция, и цвета ,и ставни уцелели тоже!

Ещё один представитель народной школы. Это уже сицкарская работа. Середина 19 века. Д. Городища р. Сить. Выдержанная строгая композиция, но во фризовой доске помимо центрального солярного знака мы видим характерные для сицкарей веерные вставки, и в подоконной доске в углах опять солнышки, перекликающиеся с верхним фризовым орнаментом. Ставни отсутствуют, но хорошо сохранившиеся кронштейны-кони поддерживающие карнизную доску держат всю композицию наличника.

А теперь взгляните на достаточно хорошо сохранённый, опять же сицкой работы, наличник из д. КрасковоБрейтовского района. Какая радость глазу эти цвета и эти открытые ставни. А ведь, сплошная классика, полная геометризация, но до чего народно!

А вот этот наличник уже является примером перехода к абсолютно классическому орнаменту в оформлении. Это конец 19 века с. Ново-Александровское Мыш.уезда. Все формы его выдержаны в строгой народной традиции. Но солярные знаки отсутствуют, как и кронштейны-кони. Вместо этого и в навершии и в подоле сильно развитые канеллированные пояса, под карнизной доской мощный городковый ряд. Композиция не выглядит скучной, она по-своему богата. В навершии четырёхрядная резьба, подходящая к окну скромным бордюром из «сухариков» и ими же окаймляющая окно с низу. Всё это геометрическое разнообразие приятно глазу зрителя.

Вот таковы самые яркие примеры самых старых наличников нашей коллекции. Их не много. Во всех них отсутствуют пропильные элементы, использована трёхгранно-выямчатая резьба, соблюдены пропорции и характерные народной школе того периода времени черты.

Значительно больше тех, что были созданы во второй половине 19-начале 20 века и являются примерами работы, выполненной в стиле Захарьинской школы домовой резьбы и в хорошо известном нам стиле работы сицких мастеров. Приведём несколько таких примеров.

Вот характерные черты Захарьинского стиля. Высокое очелье с несколькими ярусами орнаментной резьбы (зигзаги и сверлёные отверстия), с достаточно скромным пропильным элементом в «подзоринке» и многочисленными объёмными накладными элементами по бокам. Но это очень поздний и очень скромный пример начала 20 века.

Вот ещё один пример характерный для этого стиля.Это тоже начало 20 века д. Глазово Рождественского с/с нашего района. Вот хорошо очерченные (хоть и в небольшом количестве) объёмные накладные элементы, пропильная,накладная резьба во фризовой доске и ярусный орнамент в очелье. Здесь мы видим в числе накладных элементов боковин токарную работу. Элементы такого происхождения появляются именно в начале 20 века, что связано с появлением в деревне токарных станков и мастеров. Резчики смело берут на вооружение всяческие балясинки, продольно распиливая и сочетая с вырезанными и выпиленными «плашками» и «кубышками».

Высокое очелье напоминает женский кокошник, растительные мотивы в подзоринке трактуются академиком Рыбаковым, как фрагменты древнего символа мирового древа, соединяющего небо, (а по Рыбакову в очелье таких наличников орнамент отображает струи и капли) и землю (в данном случае объёмные элементы надоконной доски). Конечно, версия красивая, но нам думается, что мастер работал, не уходя мыслями в столь далёкую от его времени семантику выбранных им образов. Он творил по традиции и по собственному понятию о красоте.

А здесь в наличнике конца 19 века из д. АниковкаМыш.уезда мы видим сочетание черт Захарьинского стиля (объёмные «кубышки» и «плашки») в боковинах, и по фризовой доске в очелье органично вписанные (зооморфные) звериные мотивы пропильной резьбы. Здесь угадываются знаменитые сицкие коронованные драконы. Мы видим смешение захарьинских элементов в боковинах и сицкие, но уже растительные мотивы в очельи . Это из д. Мошники Мышк. р-на.

Конец 19 века д. Ивановская, что на Верхней Сити. Этот наличник очень самобытен.

Автор действовал по своему усмотрению, умело вплетая в очертания наличника все излюбленные им элементы известных ему стилей. Здесь и захарьинские «кубышки», и сицкие драконы и сицкие же очень древние элементы «улитки», ползущие вниз головами по самому краю подоконной доски, и так называемые «уши» ( крепящиеся к внешнему краю боковины сверху элементы) тоже есть. И «косицы» , крепящиеся к средней части боковой доски и красиво свисающие по бокам тоже есть. Вообще, украшения внешнего края боковых досок очень обильны, что позволяет наличнику выглядеть богато и весьма объёмно.

И ещё один пример захарьинской резьбы с «косицами» фото 103. Это Мышкинский наличник с ул. Набережной.

Но, был ведь, в Мышкине и свой стиль домовой резьбы. Этот стиль придумали здешние подрядчики-строители Смирновы и резчики Филаретовы. Они работали всегда в связке. Смирновскоестроительство нам хорошо видно - это Дом детского творчества в Мышкине и галерея кукол, это знаменитый дом «Мышкинский пряник», это дом фальшивомонетчика Королькова, это и те наличники, которые сейчас живут в нашей коллекции, украшая собой Музей Столицы лоцманов. А в былые времена дом самих Филаретовых на ул. Успенской. Характерные черты Смирновского строительства – это торжественная монументальность! Взяв за основу стиль городской застройки «классицизм», они умело отражали его в дереве и доводили свои строения до совершенства,обильно украшая резьбой с чисто городским подходом. Дома им заказывались не маленькие, размеры окон внушительные, а размеры наличников филаретовской работы-огромны! Огромны и торжественны! Захарьинский стиль здесь всего лишь основа, а детализация своя- здешняя. Очелье с четырьмя ярусами традиционного захарьинского орнамента имеет могучий вынос плеч с чётко очерченным контуром. Словно великолепно сложенный богатырь расправил свои плечи над окном и приподняв голову, устремив взгляд на простор городкой улицы. Боковины украшает сочный, мясистый пропильной растительный орнамент, очень крупный, чтобы хорошо читался издалека. Так же крупны и чётко прорисованы плашки нижней части боковин, где краской подчёркнут их четырёхгранный рельеф. Накладные плашки подоконной доски, так же имеют ярко очерченную геометрию. И всё это завершается опять же мощными «кистями». Это городской стиль ! Так должны смотреть на прохожих дома классической русской провинции!

А, ведь у каждого города свой стиль есть. Вот, скажем, в Рыбинске много их собственного модерна, а унас здесь его почти и нет. Хотя те же Филаретовы слегка использовали элементы модерна, это всего-навсего крестообразные вплетения в растительный орнамент.

Вот пример Рыбинского модерна. Хотя здесь представлен не весь наличник, у него отсутствует вся средняя часть боковин. А ведь это был гигантский наличник на двухсветное окно, то есть очень длинное, протянутое, например через два этажа лестничной клетки. Вот такой пример. Это тоже Рыбинский модерн. Нач.20 века. Особая геометрия выпуклых обтекаемых форм, очень напоминающая декор каменных домов.

Вот предреволюционный Мышкинский модерн. Сейчас украшает окна ткацкой мастерской нашей ремесленной слободы. Здесь в центре очелья мы видим пропильной элемент «снежинку», накладные объёмные элементы на боковинах, и «серёжки» в завершении нижних углов.А на плечах красуются токарные элементы, очень схожие с декоративными вазонами, что украшали портики многих мышкинских домов в начале 20 века.

А этот наличник только отчасти модернистский. Здесь мы видим и классические черты. В навершии можно рассмотреть пропильные волнообразные элементы, те, что,по мнению некоторых этнографов отождествляются с древним символом «хлябей небесных», здесь и «червонки» (пропильные сердечки часто встречающийся у сицкарей), и большие канелированные вставки в боковинах. Это черта модерна. Такие длинные канелюры некоторые учёные считают характерной чертой так называемого «питерского модерна». Солнышки по углам, взятые из народной традиции, и накладная пропильная резьбу по подоконной доске, характер которой имеет самые различные трактовки.Этот наличник из Углича нач. 20 века.

Таких примеров смешения стилей множество. Мастера соединяли в своих творениях всё, что им казалось уместным и красивым. Вот целый ряд таких примеров фото: 38,39,40,62,27

Многие мастера сохраняли в наличнике традиционные формы, а наполнение делали далёкое от какой либо школы.

Есть у нас совершенно уникальный наличник. Он из Грязовецкого района Вологодской обл. Это 20-е годы 20 века. Выполнен он в политических и народных мотивах. В очелье мы видим серп и молот! Звёзды сочетаются с прелестными растительными мотивами в боковинах. Ну, а окраска, конечно, революционного цвета! И это очень хорошая самобытная работа для своего времени. Ведь качество работы резчиков в послереволюционный период начинает падать, утрачивается влияние какой либо школы.

И так, в настоящее время в коллекции наличников Мышк.народного музея имеются образцы следующих стилей резьбы:

  • народной классической школы (они самые древние)
  • Сицкарской школы,
  • Захарьинской школы,
  • Смирновского (Мышкинского) стиля,
  • Городской модерн,
  • Смешанного стиля (Захарьинского и сицкого)
  • Самобытные (внестильные)

Как говорил великий архитектор и реставратор А.В. Ополовников «Окно избы – это целая история деревянного зодчества. Это путь длиною в несколько столетий»

Начиная от славян в 11 веке и до наших дней именно окно – око дома для людей имеет очень важное значение. От того, как, вообще, придумать окно в древности, до самых невероятных вершин в искусстве его украшении в минувшие века, и до стеклопакетов современности человек постоянно совершенствует эту важную часть своего жилища. И как безумно жаль, что последующие поколения уже никогда не вернутся к массовой культуре деревянных художеств на домах. Максимум того, что будет теплиться жизнью, это отдельные внестильныеработы любителей, проникшихся симпатией к великому прошлому деревянного строительства.

Как безутешно больно смотреть в окна-очи осиротевших домов мёртвых деревень.

С какой вселенской грустью смотрят они на нас из-за зарослей смело наступающего леса, храня в каждом завитке резьбы тепло души и рук старых мастеров. Как хорошо, что эти мастера уже не увидят гибели своих творений. Мы – последнее поколение русских, которое свидетельствует страшный процесс поглощения забвением последнего всплеска былого торжества жизни могучих стен и узорочья крестьянских домов…

методист НЧУК «Мышкинский народный музей»

М.В.Кайкова.

Наличник из д. Горелово Мышкинского уезда. Первая половина 19 века. Традиционно народная, выдержанная композиция.

Наличник из д. Мошники Мышкинского района. Начало 20 века. Ярко выраженный Захарьинский стиль, характерный для здешних мест.

Наличник из г. Мышкин. Самое начало 20 века. Ранняя работа здешних резчиков Филаретовых, которые всегда работали в союзе со здешними мышкинскими строителями Смирновыми. Вместе они создали характерный только для Мышкина Смирновский городской стиль строительства, сочетающий классику пропорций и объемность резьбы, взятой у Захарьинского стиля (смотрите прилагающийся доклад, там всё подробно изложено).

Наличник из с. Сить-Покровское Некоузского района Яросл.обл. Начало 20 века. Затухающая ранняя традиционная школа, с характерными для этой местности объёмными солярными знаками в углах навершия (веерные вставки с приподнятыми кончиками).

Реконструированный наличник из д. Гаврильцево Некоузского района Яросл. обл. начало 20 века. Характерные зооморфные мотивы Сицкарской работы. «Весёлые драконы» характерны только сицкарям!

Верхняя часть наличника из г. Рыбинск Ярославск. обл. Был огромный двухсветный. Рыбинская модернистская школа.

Наличник из г. Мышкин. Начало 20 века. Мышкинский предреволюционный модерн.


Типография- достояние города.
/к 130- летию печатного дела в Мышкине/

Наш город Мышкин - давний книжный и издательский центр. Здесь с XIX века создавались и издавались самые разные интересные и серьёзные книги.

Просматривая памятные краеведческие даты на 2015 г находим и дату, что 130 лет назад, в 1885 г. начала свою работу Мышкинская типография. Ещё одна дата, но уже 2016г -125 лет назад начато переиздание Древней Российской вивлиофики в типографии П. Анисимова в Мышкине.

Да, в Мышкине издатели занимали таким серьёзным переизданием уникального документа времени. Об этом говорится во многих энциклопедиях. Эти книги находятся в редком фонде Опочининской библиотеки. Все годы своей работы типография осуществляла свою великую миссию - быть проводником печатного слова. Типография, издатель, автор- это особый круг просвещённых людей, которые хорошо понимают ценность культурного аспекта их деятельности.

Печатание книг, издание книг, журналов, газет- это высокая культура города. Что делает город – городом?

Это наличие учебного заведения, школы, библиотеки, Дома культуры, типографии, издательского дела. Мышкинская типография всегда несла свою высокую миссию. Сохраняла традиции своих предшественников. Типография и издание книг всегда служило культурному возрождению города. Что всегда показывает степень его открытости, новому, интересному, просветительскому. Это и культурная наполняемость города и российская известность. В 2016 году в издательском деле Мышкина своеобразный юбилей. 1991 год был возрадительным для него. Прошли первые Опочининские чтения, и 25 лет назад был издан 1-й сборник «Опочининские чтения», издаётся сборник краеведческих статей, воспоминаний, стихов мышкинских поэтов «Мышкинские страницы».

Вдумайтесь, 1-й сборник его был издан в 1923 году! Все последующие годы выходили сборники всех трудов научных конференций, которые проходили в городе: «Учемский сборник» (материалы научной конференции «На земле Святого Кассиана»), «Верхневолжье: судьба реки и судьбы людей», «Паисьев колодчик» (материалы научной конференции «Богородские встречи»), «Тютчевы на ярославской и мышкинской земле». В последующие годы создан целый цикл книг о великом русском поэте Ф.И Тютчеве и его связях с Мышкинской землёй. Выходили и последующие сборники Опочининских чтений, сборники конференций, посвящённых, другу нашего города Д.С Лихачёву «диалоги с отечеством» (Великие россияне и русская провинция»)

Издавались книги поэтов Н.В Смирнова, В.Д Ковалёва, С.А Сальникова. Книги Т.А Третьяковой «Тютчевы - мышкинские дворяне», «Венок Опочинину», П.М Широчина «Дворяне Селифонтовы, крестьяне Бирюковы и Кувалдины». Многие книги В.А.Гречухина тоже увидели свет в Мышкинской типографии: «Паисьев путь», «Успенье», «Последняя старица», «Искры памяти» (о М.Зеленецком) и другие. За 25 лет было издано более 100 названий книг. 25 лет эти книги служили и служат читателям, гостям города, известны в научных кругах России, просвещая людей, возвышая культурный статус города.

Последние годы Академия краеведения, Мышкинский народный музей, «Клуб Мышкинское землячество» , РОО краеведов «Мышкин» обратило своё внимание изданию краеведческой периодики. Это было важно для слушателей Академии краеведения, для участников земляческих встреч и конференций «Ярославское верхневолжье и его этнокультурное пространство» . Наряду со сборниками этих мероприятий, стали выходить краеведческая газета «Мышгород», краеведческий журнал «Мышкинская лоция». Всё это с успехом, в срок и качественно печаталось в Мышкинской типографии и приходило не только к Мышкинскому читателю, издания поступают в Российскую государственную библиотеку (г.Москва), в Российскую национальную библиотеку (г.С-Петербург),в областные библиотеки, библиотеки города, а так же рассылаются авторам и в научные круги России.

Сегодня, мы с горечью говорим о прекращении работы типографии. Этого уникального для города предприятия, где работает особый коллектив, круг просвещенных людей, которые умели печатать не только бланки, но умели делать хорошие издания.

Великая им благодарность за их высокую миссию. Валентине Алексеевне Васильевой руководителю типографии, Галине Николаевне Тиховой- главному бухгалтеру. И особое спасибо- Владимиру Александровичу Козыкину, печатнику с огромным стажем, любящим своё дело. Замечательным труженицам Алле Борисовне Шумилиной, Елене Николаевне Виноградовой. Типография располагает уникальным оборудованием, которое смело можно показывать как музейную экспозицию.

И сейчас её сотрудники, говорят не о том , что им приходится искать новую работу, а переживают, чтобы всё это сохранилось возможным музеем печатного и издательского дела в Мышкине. 130-летняя история типографии заслуживает бережного к ней отношения. Культурная ценность города во многом потеряется без своего издательского дела.

Типография всегда была особым достоянием города. Надо задуматься и сохранить это достояние. И не только как просто памятник, а как живой действующий центр печатного и издательского дела в городе. Издание своих книг, журналов и газет, возвышает город.

P.S В моих руках трогательное, крохотное издание «Мышкин. День поэзии» 1991г. Эта книжечка – малышка была издана по инициативе и на средства Мышкинской Опочининской библиотеки. Наш «День поэзии» был попыткой представить местных авторов самых разных по возрасту и книжной культуре. Сборник был подготовлен к традиционному районному поэтическому празднику. Сколько радости тогда нам принесла эта трогательная книжечка. Мы шагнули вперёд, тогда, в далёком 1991 году, и нас поддержала наша типография.

Г.А Лебедева, засл. работник культуры

VI этнографическая конференция
«Ярославское верхневолжье и его этнокультурное пространство»
10.10.2015
Этнографическое краеведение.
Новые взгляды, новые цели, новые подходы.

В Мышкине уже в 6-й раз состоялась межрегиональная научная конференция «Ярославское Верхневолжье и его современное этнокультурное пространство». Её организовали Мышкинский народный музей, клуб краеведов «Мышкин», клуб «Мышкинское землячество», Академия краеведения.

На конференцию приехали представители разных городов, сёл, мест кому близко и дорого наследие родного края, его сегодняшний день. В этом году география участников была обширной: Москва, Ярославль, Углич, Рыбинск, Кашин, ст. Волга, с. Ордино, с. Учма, Мышкин. Участников конференции тепло приветствовал глава городского поселения Евгений Владимирович Петров.

Все участники конференции могли познакомиться с трудами предыдущей конференции. В предисловии к сборнику «Предмет исследования» очень чётко с научной точки зрения обозначены цели и задачи двух направлений краеведения – исторического и этнографического. «Если наука истории своим главным вопросом имеет вопрос: «Что было?» То главный вопрос этнографии – вопрос «Как было?».

Действительно, глубокая взаимосвязь истории и этнографии нередко обеспечивает содержательность работы. Она рассматривает народный быт сквозь призму времени.

Всегда радует, что на каждой конференции есть маленькие открытия, новые направления в этнографических и исторических исследованиях. Этим мы обогащаем друг друга, делаем наши познания более глубокими и содержательными. И на 6-й нашей встрече, мы увидели и почувствовали это, так как тематика докладов и сообщений была широка и интересна.

Каждый доклад приоткрывал нам знание былой жизни, расцветали и раскрывались окошечки в прошлое, мы видели людей, наших предков, их непростые горькие судьбы.

Доклад Ольги Александровны Никитиной, кандидата филологических наук из г. Кашин о паломнической поездке Великого князя Сергея Александровича и Великой княгини Елизаветы Федоровны в Ярославскую губернию и Кашинский край. Известен исторический факт, что пароход с Великим князем и Великой княгиней останавливался в Мышкине.

Сергей Иванович Мотков из Москвы сделал доклад о священниках Смирновых из Мышкина и их роли в истории России.

Анна Георгиевна Семёнова, преподаватель из г. Углича, подняла тему Первой мировой войны – «Село Прилуки Мышкинского уезда в период 1-й Мировой войны».

«Ярославское большевистское подполье и имение Устиново Кашинского уезда» - тема доклада Веры Алексеевны Никоновой из г. Кашин.

Как и чем занимался комитет попечительства народной трезвости в г. Мышкин рассказала Софья Викторовна Ерохина, научный сотрудник Угличского музея.

Письма – это важный исторический и человеческий документ. И хотя каждое письмо – это очень личная часть жизни человека, но они много говорят о времени, событии, о месте, о человеке и его жизни. «Пишу тебе несколько слов, дорогая! Три письма из прошлого» - тема выступления Юлии Борисовны Кунициной, научного сотрудника музея г. Углич. Эти письма - трогательный посыл из прошлого.

Григорий Владимирович Красильников из Ярославля сделал литературоведческий доклад «Прасковья Николаевна Мейшен, ярославская подруга Н. А. Некрасова». Григорий Владимирович работает в музее с. Грешнево и много занимается темой «Н. А. Некрасов и Ярославский край». Личность в фокусе внимания краеведов – эта тема тоже весьма интересна.

Елена Анатольевна Наумова – директор Учемского музея истории Кассиановой пустыни и судьбы русской деревни в с. Учма рассказала о новой экспозиции музея «Ангелы Победы» и сделала доклад «История одного дома». Живая и трогательная история дома, его обитателей, судьбы дома сегодня.

Методист Мышкинского Народного музея Мария Владимировна Кайкова сделала серьёзный и увлекательный доклад «Об основных стилях домовой резьбы в коллекции наличников Мышкинского Народного музея» с презентацией удачно дополняющей её рассказ.

Галина Александровна Чудакова, краевед из п. Волга, познакомила нас с умельцами этого посёлка в сообщении «Ремесло и ремесленники».

Анализ детского творчества по содержанию и направлению рисунков сделала в своём докладе Светлана Николаевна Левагина, ведущий методист областной юношеской библиотеки им. Суркова в докладе «Мышкинская идентичность глазами детей Советского Союза 80-х годов».

Владимир Александрович Гречухин, почётный член-корреспондент ПАНИ прочитал серьёзный доклад-размышление «Ярославские субэтносы. Живые и мёртвыё».

Каждый доклад и сообщение очень активно обсуждались, слушатели задавали вопросы и дополняли своими сведениями и примерами.

В ходе конференции для её участников предлагались маленькие «изюминки»: Елена Ивановна Балашова и модель Иван Тихомиров представили костюм крестьянского мальчика XIX века. Яркий, красный, красивый, под задорную музыку он был представлен из коллекции «Рубаха красная» творческого объединения «Русская сувенирная кукла» Мышкинского политехнического колледжа.

Ирина Львовна Соколова, руководитель детского фольклорного ансамбля «Николина гора», вместе с детьми весело и задорно спели несколько старинных песен, а уж когда зазвучала знаменитая «Семёновна», то и гости конференции пустились в пляс вместе с ребятами.

Мастер-игрушечник Михаил Смирнов познакомил всех с таким музыкальным глиняным инструментом как окарина и поразил всех игрой на ней. Успех был налицо, у мастера все окарины были раскуплены гостями.

Благодарим всех дорогих помощников, умеющих создать особую мышкинскую атмосферу красоты и доброты – Елену Ивановну Балашову и Ивана Тихомирова, Ирину Львовну Соколову и её детей, Михаила Смирнова.

Круглый стол по итогам конференции вёл Владимир Александрович Гречухин. Он отметил важность всех направлений в работе исследователей, очень интересные подходы в раскрытии тем и направлений. Отметил также, что в ходе конференций рождаются общие конструктивные дела. Так родилась книга поэта из Ордина Николая Лялина «Семнадцатое лето». О ней с благодарностью говорил на конференции Павел Николаевич Голосов из с. Ордино и прочёл свои стихи. Сделано ещё общее большое дело – в с. Учма на месте старого креста вознесся новый могучий крест в память о Кассиано-Учемском монастыре.

Прошлое связано с настоящим, настоящее не бывает без будущего. Это аксиома. Только знание истории своей Родины, края, человеческой судьбы спасет нас от роковых ошибок в настоящем и сделает добрым будущее для потомков.


© Мышкинский народный музей,
2005-2013
Внимание! При использовании размещенных на сайте материалов ссылка на сайт обязательна! myshgorod@rambler.ru